Прочь из моей головы

Живя в эпоху информационного перенасыщения, когда террабайты визуальной, звуковой и прочей информации регулярно обрушиваются на нас из глобальной сети, радиоприемников, страниц сотен газет и журналов и с экранов телевизоров, мы перестаем замечать за собой непроизвольную, часто неосознанную эмоциональную зависимость от увиденного, услышанного или прочитанного. Мы можем сколь угодно иронично относиться к государственной пропаганде, насмехаясь над квасным патриотизмом а-ля "новости первого канала", имеем право аргументированно опровергнуть огульную критику чего-либо, то есть быть осмысленно абстрагированными от фактов, но не в состоянии противостоять эмоциональному воздействию информации на нас. Раздражение, зависть, злость или же гордость, спокойствие, уверенность - эмоции, довольно часто лежащие вне рационального анализа тех или иных фактов, событий, мнений. 
Приведу несколько довольно экстремальных примеров. Когда на меня льются потоки оптимистичных речей, и я вижу в матовом стекле экрана позитивно настроенные лица, и моя частная жизнь относительно спокойна, то для того, чтобы читать между строк и не предпочитать реальности иллюзию, необходима колоссальная рефлексия и интеллектуальная самодисциплина. Или же наоборот: я нажимаю на кнопку, и мои глаза застилает кровь невинно убиенных по всему миру - о боже, я выключу и снова окажусь в своем опасном, но не столь безнадежном мирке. Теперь самые негативные стороны нашей повседневности я буду оценивать с позиции "все равно это не самое страшное, что могло бы со мной произойти". 
Таким образом, я полагаю, что основным механизмом формирования общественного мнения средствами массовой информации - телевидением в частности -  является создание нужных эмоциональных декораций для дальнейшего представления каких-то фактов в определенном свете. Цвет софитов - на усмотрение режиссера. 
Для того чтобы каким-то образом влиять на жизнь реальную, телевидение, о котором пойдет речь в дальнейшем, подстраивается под законы человеческих отношений. Прежде всего потому, что телевидение - плод синтеза общественных и естественных наук, по большому счету созданных человеком для человека, а ребенок всегда несет в себе черты родителей. Всем нам требуются адекватная нашим запросам - как правило, напрямую зависящим от возраста и социальной категории - духовная пища или fast-food телеразвлечений. Задача любого телеканала - эти потребности удовлетворять; любая тематическая ниша должна быть заполнена. Например, смотрим официальный сайт Пятого канала (www.5-tv.ru) и обращаем внимание на тематическую градацию программ, указанных в левой части страницы. "Информация и аналитика", "познавательные программы", "документальные проекты", "музыка", "игры и развлечения", "спорт", "ток-шоу", "для детей и юношества"… Невозможно не заметить интереснейшую вещь: нарушается логика жанрового деления телепередач. В разбиение программ по тематическому признаку вмешивается возрастная характеристика целевой аудитории, хотя несложно спрогнозировать, какая группа населения будет основным потребителем "ток шоу" или "музыки".  То есть получается, что номинальные представители группы "детей и юношества" могут быть зрителями программ иного толка, что и есть на самом деле, а вот не-детям и не-юношам захаживать в этот раздел руководство канала не рекомендует. Разве что не-юноша этот - обремененный чиновными полномочиями почтенный муж, проверяющий, удовлетворены ли потребности определенной социальной общности в адекватной их запросам духовной пище, так как государственный контроль над общенациональными телекомпаниями никто не отменял и не отменит, слава богу.
Однако виртуальная страница, отражающая совокупность предлагаемого нам с голубого экрана, лишь дублирует, пересказывает, анонсирует предназначенное тем, кому меньше восемнадцати. В телевизионном пространстве, таком ирреальном и в то же время заманчиво-знакомом, представлено несколько типов передач для данной аудитории. Во-первых, это всевозможные молодежные сериалы - с ними, в общем-то, все ясно: небольшое число взрослых людей в здравом уме может быть заинтересовано перипетиями отношений, которые были распробованы, изведаны и надоели им лет эдак двадцать пять назад, разве что непрошенная ностальгия может повлиять на такой выбор. Получается, что данный жанр предназначен для формально обозначенной части населения. Специфические передачи для маленьких детей не рассматриваются из соображений здравого смысла. Наконец, мы приближаемся к еще одному независимому жанру - интеллектуальным соревнованиям школьников. Отличий от подобных турниров для совершеннолетних игроков не так много: отсутствие денежных призов и менее выгодное время эфира. Надо заметить, что на нашем телевидении достаточно таких программ - "Умники и умницы", "Самый умный", "Игра ума" на Пятом канале, наконец. Последние два года я играю за команду 239 физико-математического лицея в турнире "Игры ума". Два года - порядочный срок, за который можно многое осмыслить и выявить немало парадоксов.
Для меня до сих пор остается загадкой, насколько велик или мал рейтинг этой передачи и какова ее аудитория. Если говорить о рейтинге, то создатели передачи утверждают, что она популярна, востребована зрителем и так далее, поэтому можно не беспокоиться за продолжение жизненного цикла программы на Пятом канале. Я все-таки склонен считать, что главный гарант безопасности - заполненная жанровая ниша, которая не должна оставаться пустой ни на одном из уважающих себя и ждущих подобающего отношения к себе каналов. При баснословно высоких ценах на телевизионную рекламу вряд ли два рекламных блока воскресным утром имеют решающий голос в вопросе сохранности передачи в эфире. Как известно, несравненно более известные и популярные проекты, очевидно приносившие немалый доход владельцам канала, уходили в небытие, стоило им стать немного неудобными или не столь важными руководству. Что выгодно и безопасно, то оправданно - современное телевидение живет по жестким законам рынка. Что же до аудитории, то постоянное сообщество зрителей составляют сами игроки, их многочисленные родственники, друзья и знакомые, а также (предположим, что они все же есть!) заинтересованные зрители. Отношение количества вторых к первым ничтожно мало. Следующую же значительную группу составляют случайные свидетели происходящего на экране, желающие посмотреть за воскресным завтраком на демонстрирующих эрудицию школьников. Я не раз сталкивался с тем, что нашу игру видели люди, про которых я никогда бы не мог подумать, что им могут быть интересны дебаты на темы "Технический прогресс губит индивидуальность", "Менеджер не профессия" и так далее.
Жанр телевизионного интеллектуального соревнования "для удовольствия игроков и зрителей", не из корыстных побуждений, изначально кризисный. Телевидение по своей природе исполняет две функции: информационную и развлекательную. Причем информация котируется тем выше, чем она актуальнее, насущнее и провокационнее. Абстрактный рассказ о чем бы то ни было менее востребован, чем живая политическая дискуссия в прямом эфире. Человек, несмотря на его уникальную способность к осмысленному анализу прошлого и детальному прогнозу будущего, отличающую его от всего многообразия живых существ, обычно предпочитает жить в объективной реальности.
 Развлекательное, динамичное начало в рассматриваемых передачах обычно невысоко, и если прецедент все-таки возникает, то это происходит за счет яркости тех или иных отдельных игроков или членов жюри. Сам процесс редко бывает ориентированным на увеселение зрителя, так как всем известно, что самый большой ажиотаж вызывает непристойное, животное и грубое - вспомните различные реалити-шоу и небывалую шумиху вокруг них, покуда те не перешли в рамки обыденности. Одна из самых распространенных шуток в истории кинокомедии - это торт, брошенный в лицо персонажа. Принципы "хлеба и зрелищ", "пауков в банке" к сожалению, остаются наиболее эффективными, ибо опираются на природное, инстинктивное в сознании людей. Авторы же передач формата "Игры ума", тем более, тех, которые строятся на относительно свободном выражении участниками своих мыслей, не имеют ни этического, ни фактического права на завоевание публики таким образом (более того, будучи знакомым с этими людьми, могу утверждать, что сама идея таких технологий им глубоко отвратительна, поскольку интеллигентный человек грязь старается обходить стороной). Кроме того, интеллектуальное соревнование предполагает соучастие зрителя, определенные умственные трудозатраты, а далеко не все к этому готовы и потенциально способны.
Потому этот жанр обречен быть своеобразным аутсайдером в эфирной сетке, во многом являясь камерным клубом игроков, участвующих в передаче исключительно за счет личной увлеченности.  Действительно, постоянная практика публичных выступлений под прицелом телекамер существенно повышает уверенность в собственных силах, тренирует красноречие и хладнокровие; нельзя забывать и про знакомства с интересными и приятными людьми. К тому же возможность увидеть себя на экране и по сей день остается для многих привлекательной и вызывает любопытство, хотя телевизионное пространство не представляется таким далеким и недоступным среднестатистическому индивидууму, как раньше. 
Налицо некоторая странность. Телекультура является массовой по своей сути, концепции и методике; здесь же очевидно, что круг зрителей ограничен.  На это есть несколько причин. Как уже было сказано, зритель такой программы должен находиться в постоянном напряжении, чтобы не потерять нить дискуссии, облеченной в жесткий регламент, о котором зритель также должен иметь представление. Не исключено, что это провоцирует неконтролируемое раздражение, рвущееся из самых недр человеческого подсознания: я включил телевизор, чтобы развлечься, развлечение обязано угождать моим желаниям и ничего не требовать, а тут говорят о каких-то непонятных, далеких от меня и абсолютно неприменимых в жизни вещах. Затем мы сталкиваемся с таким знакомым и родным homo sapiens чувством, как зависть. Я убежден, что столь распространенное в подростковой среде определение думающих и увлеченных какой-то умственной работой сверстников как "ботаников" вызвано именно завистью. Так иногда называют не только ограниченных, замкнутых на получении отметок людей не от мира сего, но и более успешных в интеллектуальной сфере, чем усредненная масса. Разве хочется смотреть на триумф людей, которым ты завидуешь, так как они превосходят тебя в эрудиции, риторике и яркости? Нет, гораздо удобнее переключить канал. Я ничуть не осуждаю такую вполне естественную позицию, другое дело, что она представляет собой добровольное самоограничение, ограждение собственного "я" от внешних непривычных воздействий, что скучно и как-то чересчур обыденно.
Складывается такая ситуация, что в современном глобализованном мире, где основную роль играет общность, а не индивидуальность - как бы европейская культура не настаивала на обратном - такая частная вещь, как обобщенная, не специализированная интеллектуальная работа становится элитарным занятием, лишней роскошью. "Эрудиты не нужны в современности" - примерно так звучала тема одной из полуфинальных игр нынешнего уже завершившегося сезона "Игры ума". Эрудиты в современности, равно как и современности, безусловно, нужны. Но их стало настолько мало, что каждый представитель этого вымирающего вида выглядит оригиналом. Если бы канал "Культура" не был государственным, он бы неминуемо обанкротился, так как нет в библиофильских передачах драйва, так как невозможно прослушать симфонический концерт за тарелкой пельменей.
Вот в чем истинное значение "интеллектуальных турниров школьников". Если воспринимать жизнь не с позиции временщика, не по принципу "после нас хоть потоп", то глупо не использовать такой грандиозный по своему размаху и силе инструмент, как телевидение, для если не расширения, то хотя бы сохранения в будущем того небольшого процента эрудированного и неравнодушного к познанию населения. Гуманистические принципы значат все меньше, но хочется верить, что они лежат в основе такой деятельности. А какой благоприятный эмоциональный фон! Вот, господа, взгляните на подрастающее поколение: оно воплощено не только в малолетних асоциальных элементах, которых можно наблюдать в криминальной хронике через два часа сорок пять минут, но и во вполне готовой стать интеллектуальной элитой молодежи. Это означает, что все в нашем историческом процессе идет своим чередом: есть социальная пирамида, верхушка которой не скатывается к подножию, а очерчивается четче и определеннее; есть люмпенизированное подножие пирамиды, а есть усредненная масса, оценивающая и тех и других: буржуазия, часть интеллигенции - и все эти группы в масштабе 45:16+/-1 год. Вроде как стенать над погибшей культурой, оказывается, и не надо.
И такая картина происходящего мне вполне симпатична. По крайней мере, любой человек пока имеет право выбора: смотреть ему канал "Культура" или ТНТ, включить аналитическую программу или поп-концерт. Оставаться ли ему в середине социальной пирамиды, скатываться вниз, или карабкаться наверх - естественно, по правилам, на данный момент определенными социумом. В принципе, человек выбирает, терять или развивать свою индивидуальность. По крайней мере, "восстания масс" по Хосе Ортега-и-Гассету не предвидится, так как любой индивид, несмотря на выполняемую им частичную функцию, способен выбрать что-то из предлагаемых ему возможностей для самосовершенствования. (Хотя не совсем ясно, таких ли результатов хотели бы достигнуть люди, управляющие нами через средства массовой информации, ибо индивидуальность менее восприимчива к внушению, чем группа).
В любом случае, покуда внутренняя политика нашего государства будет хоть как-то ориентироваться на минимальное благополучие граждан, прецедент интеллектуально ориентированных телепрограмм будет сохраняться, хотим мы этого или нет.